Справка Пользователи Календарь Все разделы прочитаны

Вернуться   Форум: Я Люблю Романтику > Свободное общение > Дом, семья...

Добро пожаловать на Форум: Я Люблю Романтику.
Форум можно не только читать, но и писать на нём свои истории, идеи сюрпризов и впечатления от идей других людей, только для этого нужно зарегистрироваться.
Зарегистрировавшись, Вы возможно найдете единомышленников и новых друзей.
А может даже Ваша половинка уже ждет Вас на этом форуме? ;) Стоит только пройти процесс регистрации для начала общения.

 
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 25.12.2008, 23:49   #1
Знаток своего дела
 
Аватар для Яночка
 
Регистрация: 09.07.2008
Адрес: Ростов-на-Дону
Возраст: 29
Сообщений: 370
Репутация: 36
Смущенный Что такое "папа"?

Это рассказ о мечте, которая никогда не сбудется. Многие мальчики могли бы рассказать о такой мечте, но когда–то давно им сказали, что мальчики не плачут, и они поверили этим словам. Потом эти мальчики выросли и стали большими… мальчиками. Им сказали, что теперь они мужчины, а мужчины не плачут. И они опять поверили.
Папа?
… Мир изменился и стал другим. Что–то произошло. Я не сразу понял, что именно. Я просто почувствовал, что мир изменился и стал другим. Изменения были почти неуловимы, какая–то вибрация… Вибрация… Да! Вибрация! В моем мире появилась новая вибрация. Она исходила от нового звука, который я не замечал раньше. Я просто жил своей детской жизнью: ходил в детский сад, играл с ребятами, летал во сне и однажды даже упал с дивана после неудачного маневра в ночном полете…
Что–то странное происходит с ребятами в детском саду – они будто сговорились и наперебой рассказывают о том, чем занимались со своими папами в прошедшие выходные.
Мы стоим вчетвером в игровой комнате детского сада вокруг маленького столика, на котором раскладываем шахматную доску и шахматные фигурки. Мы играем в шахматы. Вернее, конечно, будет сказать, что мы играем шахматами, а не в шахматы. В комнате просторно и светло: свет попадает в нее через большие и высокие окна, до которых трудно дотянуться, стоя на полу, потому что мы сами еще совсем маленькие.
– Мы выкапывали червяков, собирали их, жарили на сковородке и ели с хлебом, – рассказывал Сережа.
Это было неправдоподобно и над ним все смеялись. А у меня была мысль, сомнение, перемешанное со страхом и брезгливостью: «Фу! Как это можно есть червяков? Пусть даже жареных и с хлебом. А вдруг правда? А какие они на вкус, эти червяки?» Я спросил. Сережа ответил:
– Ну, они как жареная колбаска. Ты же ел хлеб с жареной колбаской? Я кивнул. Я не раз видел, как мама жарила колбасу на большой сковородке, и по нашей комнатке витали запахи жареного мяса и дыма от горящего жира. Я прекрасно знал вкус жареной колбасы и даже почувствовал его сейчас. Мне представился розовый жареный кружок с блестками жира, лежащий на куске серого хлеба. Когда в него впиваешься зубами, из него выступают капельки жира, а хлеб крошится, и крошки падают на пол.
– Ну вот, они такие же, – сказал Сережа.
– А мы пилили доски большой пилой, потом гвоздями прибивали их к стене и делали полки. Я сам забил большущий гвоздь! – с гордостью говорил Юрик.
Доски, гвозди – я видел все это у тети, когда мама привозила меня к ней на лето. С досками бывали проблемы: от них были занозы, которые приходилось выковыривать швейными иголками, а потом извлеченную занозу полагалось перекусить, чтобы от нее не было вреда. Так говорили бабушка, тетя, мама и мои двоюродные сестры.
– А мы ходили на речку и ловили рыбу на удочки. Я сам поймал пять рыбок! – хвастался Вовка.
Я видел ребят с длинными палками, которые сидели на берегу речки целыми днями и всматривались туда, где качался поплавок. Если честно, я их не понимал: как можно целыми днями сидеть на одном месте и смотреть в одну точку, когда вокруг столько интересных мест и хочется до каждого добежать и все–все–все увидеть и рассмотреть?
Я внимательно и с интересом слушал их и не знал, о чем же рассказать мне. Когда они все по очереди закончили свои рассказы, пришла моя очередь, и они почти в один голос спросили:
– А ты чего молчишь? Теперь твоя очередь – рассказывай, чем ты с папой занимался? – три пары глаз внимательно и пытливо смотрели на меня.
«Я?!» Именно в этот миг я почувствовал, что мир изменился. «Чем я занимался со своим папой?» «Папа?» Вопрос отдается эхом в моей голове: «Чем ты с папой занимался?» «А что это – «папа»?» Я не знал, что такое «папа». Это был новый звук, новая вибрация, которая для меня ничего не означала, но она вошла в мой мир и изменила его навсегда.
У меня в моем мире этого не было. Никогда не было. Сколько я себя помнил.

Была мама, была бабушка, были тети, были сестры, были братья – все двоюродные. Были еще какие–то взрослые дяди, которые жили по соседству, которые приходили в детсад за другими ребятами. А вот папа – его не было…
– У меня нет папы, – сказал я, немного смущенно. Я вдруг почувствовал, что становлюсь в их глазах чем–то неполным, ну как, например, человек без ног. Или слепой.
– Как это – нет папы? – спросили они почти одновременно. Я увидел, что они меня не поняли, и это было заметно по их глазам и лицам. Они совершенно искренне меня не понимали. Как может не быть папы?! Ведь у них же есть! И у всех других ребят в садике тоже есть папы! Теперь оказывается, что не у всех…
Как–то непонятно…
Я почувствовал, что выпадаю из их мира, из нашего общего маленького мирка. Я стал другим. Мне даже рассказать им не о чем! У меня же нет папы! И получается, что нам не о чем разговаривать. Я будто стал чужим, необычным, будто у меня тут же выросли рога или кожа стала зеленой. Я перестал вписываться.
– Он уехал, – соврал я, чтобы не дать разрастись трещине непонимания между мной и этими ребятами. Я ведь хотел с ними дружить и играть, общаться. Я не хотел, чтобы меня исключили из компании, чтобы от меня отвернулись из–за того, что у меня нет папы, будто я умственно отсталый или инвалид. Я испугался.
– А куда он уехал? – я увидел интерес в их глазах.
– Не знаю, надо у мамы спросить, – ответил я, и тема неожиданно закрылась, а мы продолжили свои игры – шахматы, шашки и много–много других, которые мы придумывали сами. Расставляли фигурки на доске, как–то двигали их. Те из ребят, кто знал больше, учили других.
А я не мог отделаться от вопроса, который вдруг стал жизненно важным и интересным для меня: «Что такое «папа»?» «Почему папа есть у других ребят и живет вместе с ними, а у меня его нет? И если он и правда уехал от нас с мамой (я сам поверил в то, что придумал), то где он сейчас и когда вернется домой, к нам с мамой? И чем мы будем с ним заниматься? Чем можно заниматься с папой?»
«Папа…»
Новый звук и новое, совершенно непонятное явление вошло в мою жизнь и вызвало сразу множество вопросов, удивление и недоумение одновременно, сделало меня непонятным для других, едва ли не чужим, почти инопланетянином… Мир стал другим.
«Папа…» Я вслушивался в этот новый звук, ощущал новые вибрации, пробовал их наощупь, трогал губами, вслушивался в них и хотел понять их значение.
Надо спросить у мамы, что такое «папа», есть ли он у меня и куда он уехал, где он сейчас и когда вернется к нам с мамой и будет с нами жить. Папа – это, наверное, здорово! Папа – это, наверное, такой большой и сильный друг, он, наверное, как брат или добрый дядя. Наверное, с ним может быть очень интересно: вон ведь ребята столько всего рассказывают – и, может быть, он будет мне вместо братика или сестрички и мы будем с ним играть, а то одному бывает очень скучно…
Я уже давно пытался как–нибудь найти себе братика или сестричку, с тех пор, как узнал историю своего появления на этот свет – меня нашли в капусте на огороде у моей тети. Мне рассказала об этом мама, а тетя подтвердила, что именно так все и было. Но я бы и так поверил своей маме: зачем ей меня обманывать? Это был не просто миф о сотворении мира: это было совершенно реально и правдоподобно, потому что я сам бывал на этом огороде и своими глазами видел эту капусту, где меня нашли. Кочаны капусты были соизмеримы с моим ростом и легко верилось, что меня на самом деле нашли между капустными листьями. Мама и тетя не один раз рассказывали мне, как они пришли как–то вечером поливать огород и заметили меня в одной очень большой капусте. Я лежал меж капустных листьев, укрытый ими как одеялом, был совсем маленьким и безмятежно спал, улыбаясь во сне…
Несколько лет подряд, когда мама привозила меня к тете на лето, я специально ходил в огород на капустную грядку и проверял, нет ли там еще кого–нибудь. Я искал братика или сестричку. Я очень хотел братика или сестричку!
Конечно, у меня были двоюродные сестры, но с ними я мог играть только летом, а осенью мама увозила меня домой, и я оставался один. Поэтому каждое лето почти до самой школы, я ходил между огородными рядами, заглядывал между большими капустными листьями, но никого не находил, кроме гусениц и белых бабочек–капустниц.
Папа!
Мама рассказывала мне, что я просто замучил ее вопросами о папе. Есть ли у меня папа? Где мой папа? А у всех ли детей бывают папы? Когда к нам приедет наш папа? Почему он уехал и не живет с нами?
Она улыбалась на мои вопросы улыбкой человека, которому неприятно или стыдно говорить правду. Или правда связана с сильной болью и большой утратой, о которой не хочется даже думать и вспоминать. Потому что если вернутся воспоминания, то вернутся и слезы, и горе, и безысходность, как тогда…
А улыбка – это защитная маска. Если не улыбаться, навернутся слезы. И что тогда сказать малышу, который всего лишь спросил про своего папу? Как объяснить ему эти слезы? Он ведь может испугаться, что сделал маме больно, и тоже заплачет… Как все это тяжело держать в себе! И вроде время прошло, а как невыносимо больно и хочется плакать, будто все это было только вчера! И что сказать малышу? Опять рассказать историю с капустой? Он уже не поверит – он ведь растет и уже все понимает… А его папа... Он рядом, он в другом городе, надо просто сесть в электричку… Ты увидишь своего папу, сынок!…
Папа! Вот он – я вижу своего папу! Он живой, настоящий! Он с интересом смотрит на меня и улыбается: «Вот как вырос тот малыш. А ведь, кажется, совсем недавно умещался на моей ладони».
Мой папа живет в городке со странным названием. Оно звучит почти так же, как «Процедурная». Я пытаюсь представить, что я живу в городе с таким названием.
– Где ты живешь, мальчик?
– В Процедурной.
Да…
А папа смотрит на меня, я смотрю на него и не знаю, что делать. Подойти и спросить, когда он к нам вернется?
__________________
Жизнь измеряется не количеством вдохов, а моментами, когда перехватывает дыхание.
Яночка вне форума   Ответить с цитированием
 


Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете прикреплять файлы
Вы не можете редактировать сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
"Сезон охоты на Амуров.....или День Святого Валентина!" kvartalnaya Праздники 0 29.01.2011 02:27
"Расскажи свою методы знакомства с молодым человеком или девушкой?" Олька Сообщества 18 25.08.2008 15:25
История жизни "Кирпичи". Часть двадцать шестая. Заключительная Олег Романы, рассказы, повести 0 07.08.2008 21:32
История жизни "Кирпичи". Часть двадцать вторая. Олег Романы, рассказы, повести 0 07.08.2008 21:26
История жизни "Кирпичи". Часть двадцать первая. Олег Романы, рассказы, повести 0 07.08.2008 21:24


Часовой пояс GMT +3, время: 20:07.
vBulletin® Version 3.6.7.
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd.
Rambler's Top100 службы мониторинга серверов